В стенах легендарного Гран‑Пале снова случилось маленькое чудо: Матье Блази представил свою вторую кутюрную коллекцию для Chanel — и доказал, что высокая мода может быть не только безупречной, но и по‑настоящему волшебной.
На этот раз дизайнер не стал изобретать новую вселенную, а бережно переплёл наследие Дома с атмосферой доброй сказки.
Пространство зала превратилось в зачарованный лес: зелёные стебли оплетали стулья, причудливые цветочные композиции будто росли прямо из пола, а гигантские грибы и ветви плакучих ив напоминали декорации к «Алисе в Стране чудес». Отсылка к другой истории — сказке о бобовом стебле — прозвучала и в приглашениях: гости получили ювелирные книжки‑кулоны с гравировкой «однажды в сказке» и миниатюрным волшебным бобом. А тизер к показу, созданный иллюстратором Карлоттой Фрейер, и вовсе уносил зрителя в полёт — словно городские улицы Парижа захватывали сказочные стебли и поднимали героиню в небо.
Пространство зала превратилось в зачарованный лес: зелёные стебли оплетали стулья, причудливые цветочные композиции будто росли прямо из пола, а гигантские грибы и ветви плакучих ив напоминали декорации к «Алисе в Стране чудес». Отсылка к другой истории — сказке о бобовом стебле — прозвучала и в приглашениях: гости получили ювелирные книжки‑кулоны с гравировкой «однажды в сказке» и миниатюрным волшебным бобом. А тизер к показу, созданный иллюстратором Карлоттой Фрейер, и вовсе уносил зрителя в полёт — словно городские улицы Парижа захватывали сказочные стебли и поднимали героиню в небо.
Но магия коллекции — не только в сет‑дизайне. Она живёт в каждой детали, в каждом силуэте, в каждой фактуре. Блази не скрывает, что черпает вдохновение в архивах Chanel: платья прямого кроя, твидовые жакеты с золотыми пуговицами, юбки ниже колена — всё это узнаваемые коды Дома, которые дизайнер переосмысляет с лёгкой иронией и большим уважением. Он не ломает канон, а словно даёт ему новое дыхание: классические формы становятся воздушнее, ткани — легче, а привычные оттенки уступают место сочным всплескам цвета. Маковые соцветия соседствуют с бирюзой, коралл — с глубоким голубым, а полупрозрачные материалы хитро имитируют плотный твид, играя с восприятием.
Особое внимание Блази уделяет текстурам и декору. Вышитые бисером крылья птиц, оплетающие ткань стебли, объёмные цветочные элементы — всё это превращает каждый образ в миниатюрную скульптуру. Есть в коллекции и почти театральные акценты: «соломенные» пальто и жакеты, которые невольно отсылают к образу чучела из «Волшебника страны Оз». Это не буквальная цитата, а тонкая стилистическая игра — лёгкая, ироничная, но при этом безупречно вписанная в эстетику Chanel.
Особое внимание Блази уделяет текстурам и декору. Вышитые бисером крылья птиц, оплетающие ткань стебли, объёмные цветочные элементы — всё это превращает каждый образ в миниатюрную скульптуру. Есть в коллекции и почти театральные акценты: «соломенные» пальто и жакеты, которые невольно отсылают к образу чучела из «Волшебника страны Оз». Это не буквальная цитата, а тонкая стилистическая игра — лёгкая, ироничная, но при этом безупречно вписанная в эстетику Chanel.
Аксессуары стали отдельной главой этой сказочной истории. Скульптурные каблуки в виде стеблей и стручков гороха, украшенные бабочками и россыпями бисера, превращают обычную пару туфель в арт‑объект. Сумки в форме курочки Рябы, шапки‑гнёзда, клатчи, напоминающие фасолину или книгу, — эти детали могли бы показаться эксцентричными, если бы не общая концепция: Блази намеренно усиливает пасторальные и фольклорные мотивы, делая их частью утончённого кутюра.
Ещё один штрих, подчёркивающий связь моды и искусства, — работа акварелиста Джоэля Бланка, который во время показа в реальном времени переносил образы с подиума на бумагу. Это был не просто перформанс, а способ зафиксировать мимолётность момента, показать, как кутюр становится историей, которую хочется рассматривать снова и снова.
Ещё один штрих, подчёркивающий связь моды и искусства, — работа акварелиста Джоэля Бланка, который во время показа в реальном времени переносил образы с подиума на бумагу. Это был не просто перформанс, а способ зафиксировать мимолётность момента, показать, как кутюр становится историей, которую хочется рассматривать снова и снова.
В итоге коллекция получилась удивительно сбалансированной: в ней есть и уважение к традициям, и смелость эксперимента, и та самая фирменная элегантность Chanel, которая не требует громких заявлений. Матье Блази не пытается шокировать — он приглашает зрителя в мир, где высокая мода становится сказкой, а сказка — частью повседневного гардероба. И, пожалуй, именно в этом и заключается главный фокус кутюра сезона: показать, что волшебство — это не побег от реальности, а способ увидеть её по‑новому.